…Тому нету конца на земле . 
Чему вовсе не быть, так того не сгубить,
А чего не сгубить, тому нету конца на земле.
Тонких улиц иглу пальцем переломлю.
Будь свободна, душа, но меня не лишай
Легких крыльев, ведь кажется мне,
Будто я — египтянин, и со мною и солнце, и зной,
И царапает небо когтями легкий сфинкс у меня за спиной…
(Эдмунд Шклярский, «Пикник»)
Идея была насколько безумна, настолько и гениальна: из киевских
морозов и суеты уехать в Египет, на Красное море, на неделю.
Стоял февраль, знатоки отговаривали: там, дескать, погода сейчас тоже
не ахти, бери теплые вещи. Туроператор «Украинский Туристический
Центр» на Трехсвятительской, 3, мне скорректировал программу:
предложили несколько дней провести в отеле и четыре дня —
в круизе по Нилу на теплоходе. Там, мол, поглубже в Африку,
никаких бурь, и чем дальше, тем горячей.
И все.
Пронизывающий ветер Борисполя остался за бортом, я запихал дубленку
в бокс над головой в самолете, упал в кресло и погрузился в книгу.
Замечу, украинские летчики — самые классные профессионалы. Оба взлета
и обе посадки (туда и обратно) «дуглас» DS-9 совершил так мягко
и неслышно, что вода бы в стакане не дрогнула. Я припомнил, как
меня в Праге шарахнул в «боинге» о бетон полосы польско-чешский
экипаж, — пассажиры чуть из туфлей не повылетали.
Заплатив 15 долларов за две визовые марки, я прошел в зал аэропорта,
где обменял немного долларов на египетские фунты и пиастры (кстати,
зря — курс был 6,15 за доллар, а в отеле предлагали по 6,50, да
и во многих местах предпочитали оплату долларами и евро). И
сразу вышел под пальмы и дыхание горячего ветра. Огромный ком дубленки
под мышкой, казалось, дымился изнутри.
Хургада построена всего-то лет 30 назад, она вся состоит из отелей.
Гостиницы Хургады комфортабельны, это курорт, давно
обжитый немцами, французами. Гостиницу с малым количеством звезд тут
и не найдешь. Отель Sea Gull встретил меня помпезным
мраморным залом с ампирной мебелью, высоченными колоннами, журчащими
фонтанами. Естественно, просторный и комфортабельный номер, бассейны
на территории, буйная
зелень неслыханных форм и расцветок (одно дерево удивительно напоминало
капусту, по концам тонких ветвей трепыхались явно капустные кочаны).
Рестораны и бары. Словом, курорт недетский, хотя детей было много.
Да и отдыхающих. Оказалось, в это время в Египте вполне высокий сезон:
вокруг слышалась немецкая, английская, польская, но чаще всего — русская
речь, а в ресторане к десяткам десятков
разнообразных блюд устремлялась пестрая толпа таких размеров, что,
казалось, прокормить их неспособен весь бюджет Египта. Но этот новорусский
синдром быстро утихал, всем всего с избытком хватало, и многие даже
с успехом оперировали ножом и вилкой.
Я все бродил в некоей оторопи. Перемена климата так стремительна,
смена впечатлений так глубока, что в реальности происходящего приходилось
себя отдельно тщательно убеждать. Но лучше всего убеждает море.
В отеле, несмотря на то, что он находится близко к центру Хургады,
свой пляж. Вода непередаваемого цвета, теплая (+22), обжигающая
долго прятавшуюся в костюмы и пальто кожу… Море — это всегда хорошо.
Но в феврале, я понял, это больше, чем хорошо.
Я сильно засомневался, стоит ли мне ехать по Нилу, не нужно ли добросовестно
проспать и прокупаться в отеле. Но все было четко расписано, принимающая
турфирма работала с европейской точностью и обязательностью, и ранним
утром в мерседесовском автобусе я отбыл в Луксор (наверное, тем, кто
помнит древнюю историю, он больше знаком под названием Фивы).
В
турпоездках я не переношу двух вещей — развалин и коллективного брожения
по ним. Но в ущелье фараонов я только скользил взглядом по отвесным
скалам, погружался в сумрак гробниц Рамзеса III и IX
и уже не замечал ни толпы вооруженных фотоаппаратами японцев, ни моментально
обгоревших на солнце до красноты шведов. А в знаменитом Луксорском
храме я пережил культурный шок. Этот грандиозный памятник
начал строиться … в 2690 году до нашей эры. То есть, ему более четырех
с половиной тысяч лет. И
если в киевском кабинете, при свете серого февраля в окно, эти даты
ничего бы для меня не означали, то здесь, в тени колоссальных колоннад,
у статуй фараонов, я почувствовал их. Стало понятно, что прикасаешься
не к другой культуре, не к другому этносу, — к другой цивилизации.
Ее письмена, испещрившие каменные стены, несли ощущение вечности и
возвышали над суетой.
Экскурсии этого дня перетрясли все в голове, обеспечили мертвецкий
сон в каюте нильского теплохода (вполне пятизвездочной, кстати)
и пробуждение в великолепном настроении.
Я вышел на верхнюю палубу и ахнул бы, если бы не прихлебывал кофе
как раз в этот момент. Теплоход плыл по великой реке. По берегам
густо росли бананы и пальмы, за узкой плодородной полоской высились
горы и простиралась пустыня. Но
эта вечная зелень кипела жизнью, там суетились цапли и ибисы, в
населенных местах бродили буйволы, ослы и верблюды. Пальмовые рощи
очаровывали и манили. Кстати, гид Аль Эд Дин сказал, что стометровая
квартира в Каире стоит около 15 000 долларов… Нет, это уж перебор,
там, в киевском феврале меня ждут дела, проблемы, неприятности и
сотрудники. Но они в феврале. А
здесь вечное лето и синь реки, которая прочертила по континенту
полоску в шесть тысяч километров длиной.
Храмы в городах Ком Омбо, Эдфу, Асуане, посещение
нубийской деревни — за считанные дни открывался совсем другой мир,
полный загадок, красоты и колорита.
Когда я вернулся в Хургаду, то продолжал удивляться собственному
состоянию: я прошел пешком столько, сколько, наверное, не прошел
за последний год, я в Киеве из машины не вылезаю. Но усталости не
было. Была радостная бодрость, легкость и свежесть мыслей. И еще
— пришел давно забытый покой.
Заплатив
30 долларов, я еще съездил на рыбалку. Такой клев и такие невиданные
рыбы, думаю, могли бы стоить значительно больше, но Египет в принципе
недорогая страна. Февральское изобилие дешевых фруктов (доллар —
килограмм клубники), гигантские креветки-гриль в ресторанах, изделия
из кожи и поделки из полудрагоценных камней в этой стране дешевле,
чем где-либо.
Врачи говорят, перемена климата вредна организму. Я этого не заметил.
Я с восторгом и удивлением обнаружил, что тяжелый груз проблем,
унылой повседневности, да и пессимистическое восприятие действительности
можно вылечить за неделю. За ту неделю, пока в Киеве сыпал снег
и остывали батареи отопления…
Журнал "Мир денег" №2(47), 2004.
|